Фестиваль «Не здесь»
Видео
Текст

Noč v mestu

Premlada, da bi nosila
vse, kar je staro,
prestara, da bi dosegla jutro,
se vsipa počasi kot puščavski pesek.
Neslišno polni predele ulic in obrežij,
svoje čelo polaga h krošnjam.

Ko hodim, se promet umirja,
odpirajo se vrata sadovnjakov in vrtov,
da govorica postaja razločnejša,
brez nadzorovanih kretenj,
brez bitk teles in razuma z minutami.
In skoraj lahko vidim,
kako izstopijo kraterji na luni,
kako zrcala izgubijo pregled nad dogajanjem,
ko stvari zmrznejo in postanejo
obvladljive kot muzejski predmeti,
kajti ona je prišla samo zato, da razstavlja,
nobenega namena nima,
da bi kaj prodala ali nam odvzela.

Nekdo, ki me ustavi, jo je videl,
kako je vdrla skozi okna vojašnice
in v kotu skladišča zakrila neko roko.
Še vedno hodim kot tisti, ki mislijo,
da noč izpolni pričakovanja,
vrača možnosti prispetja v kraj,
ki ga ni.

In če se ustavim, se njeni robovi vžgejo
v prste, ki pišejo po fasadah,
ki jih z vseh strani zasipava tema,
da postaja vedno bolj gosta
in otipljiva kot tkanina,
ko se na balkone zažene trop volkov in zatuli vanjo,
da postane pohlevna in nema kot bosa ženska,
ki je odložila belo haljo na stol.

Nič drugega ne počnem, kot hodim,
ker vem, da vem premalo,
ker je premlada, da bi nosila vse, kar je staro,
prestara, da bi dosegla jutro,
zato nadaljujem kot priča te lepote.

Ночь в городе

Слишком юная, чтобы носить
все, что старо,
слишком старая, чтобы достичь утра,
всыпается постепенно, словно пустынный песок.
Неслышимо заполняет участки улиц и набережных,
свой лоб кладет к кронам.

Когда хожу, движение замирает,
открываются двери садов и огородов,
так что речь становится внятнее,
без контролируемых движений,
без битв тел и рассудка с минутами.
И почти могу видеть,
как выступают кратеры на луне,
как зеркала теряют контроль над происходящим,
когда вещи замерзают и становятся
управляемыми, как музейные предметы,
ведь она пришла лишь затем, чтобы выставить напоказ,
никакого намерения не имея
что-то продать или у нас отнять.

Некто, меня остановивший, ее видел,
как она ворвалась через окно казармы
и в углу склада загородила какую-то руку.
До сих пор хожу, как те, что думают,
что ночь исполняет ожидания,
возвращает возможность прибытия в край,
которого нет.

И если остановлюсь, ее края разгораются
в пальцы, пишущие на фасадах,
которые со всех сторон засыпает тьма,
чтобы стать все более плотной
и ощутимой, как ткань,
когда на балконы ринется стая волков и завоет на нее,
чтобы стать покорной и немой, как босая женщина,
которая положила белый халат на стол.

Ничего другого не делаю, только хожу,
потому что знаю, что знаю слишком мало,
потому что она слишком юная, чтобы носить все, что старо,
слишком старая, чтобы достичь утра,
потому продолжаю как свидетель этой красоты.
День 26 ноября
(перевод: Жанна Перковская)
Раньше
Позже
Made on
Tilda